Работать с ребенком, страдающим РДА и имеющим выраженную задержку психического развития, я начала примерно 1,5 года назад. Приговор, вынесенный ПМПК этому ребенку, был страшен - органическое поражение ЦНС, аутистические формы поведения, НЕОБУЧАЕМ!!!

Встреча с мамой Тимы состоялось весной 2007 года. Она обратилась ко мне за консультацией со словами «Что нам делать? Мой ребенок необучаем?!». Выраженные проблемы в психическом и умственном развитии у Тимы мама стала наблюдать после 1,5 лет. Что стало причиной возникновения аутизма, точно определить нельзя. Но толчком к этому могла стать автомобильная катастрофа, в которую попал Тима в 1,5 года. Больших физических травм он не получил, но после аварии Тима замкнулся в себе, мог подолгу лежать на ковре и производить однотипные действия с машинкой (катал ее вперед-назад). На обращенную к нему речь не реагировал, в игру не вступал. В два года ему поставили диагноз РДА, выраженная задержка психоречевого развития.

После разговора с мамой, состоялось наше знакомство с самим Тимкой. Тогда ему только исполнилось 4 года. Его мама заранее предупредила меня о том, что реакция на мое появление может быть самой непредсказуемой. При первой встрече Тимофей был абсолютно неконтактен: хаотично бегал по комнате, громко кричал, залезал под стол, кидал попадающиеся под руки предметы (стулья, кубики, книги), на мою речь (как и на меня) адекватно не реагировал.
Процесс привыкания, адаптации к занятиям проходил тяжело. Занимались мы с Тимой 3 раза в неделю. Тимофей постепенно привыкал ко мне. Единственное, к чему он проявлял интерес - было рисование (с помощью фломастера удавалось сосредоточить внимание Тимы на материале, снять агрессию). На занятие Тима одевал как можно больше одежды (прятался в ней). Речью, как коммуникативной функцией, он по-прежнему не пользовался, в диалог не вступал, обращенную к себе речь понимал частично, выполнял простейшие задания по словесной инструкции; объем пассивного словаря был крайне мал.

И тут передо мной встал вопрос: «Что же делать дальше?». Традиционные подходы к обучению и развитию речи необходимо было пересмотреть. И я решила обратиться за помощью к Монтессори-педагогике.

По системе Марии Монтессори мы работаем уже более 9 месяцев. Сейчас Тима стал более адекватен, ушла выраженная агрессия, занимается в одной кофточке и штанишках. Ребенок овладел основными навыками самообслуживания, формируются операции счета (особенно его привлекает материал "Веретена"), операции звукобуквенного анализа, Тима читает простые слова из "розовой" серии, с удовольствием работает с малым подвижным алфавитом. Я считаю, что именно Монтессори-педагогика дала такой ощутимый толчок в развитии данного ребенка (так как об этом говорят сравнительные результаты работы до и после начала Монтессори-терапии).

Но как же это происходило?

В начале я немного беспокоилась, как же пройдет первое знакомство Тимы с новым помещением, с незнакомой для него средой. Но мои сомнения оказались напрасными. Тима достаточно быстро осваивался в новой для него обстановке. Первые наши занятия строились по такой схеме: я работала с тем или иным материалом, переходя от одной зоны в другую, а Тима просто за мной наблюдал. Так как среда в Монтессори-группе постоянна и материал в ней также всегда постоянен, она не пугала Тиму, как это происходило с занятиями дома, когда материал для занятий приносил и предлагал ему педагог. Постепенно Тима стал включаться в работу сам.

В зоне практической жизни мы с удовольствием мыли с ним руки, хотя ранее он не давал прикоснуться к себе. Так как лишняя одежда сковывала движения, Тима стал понемногу раздеваться, сбрасывая с себя не только лишние слои одежды, но и лишние преграды, отделяющие его от окружающего мира. В зоне русского языка и математики Тима первое время очень любил гладить шероховатые буквы и цифры руками, прикасался к ним щечкой. Я не настаивала на классическом проведении трехступенчатого урока, а просто непринужденно называла те буквы и цифры, которые он исследовал. В такой нетрадиционной форме мы запоминали все символы.

Но хотелось двигаться дальше. Тима постепенно привык ко всем правилам Монтессори-группы: стал сам убирать материал на свои места (а ведь для этого необходимо было запомнить, откуда данный материал был взят, сориентироваться в пространстве!), работа с материалом, требующим переноса, происходила либо за столом, либо на ковре (а для этого необходимо было выстроить внутренний план действия: выбрать материал, решить, где с ним удобнее работать, приготовить рабочее место!).

И незаметно у Тимы стала возникать собственная обращенная ко мне речь! Он стал задавать мне вопросы: «Что это?», «Как с этим работать?», «Помоги достать!» и т.п. При развитии речи у детей с РДА чрезвычайное значение приобретает создание мотивации общения. В условиях Монтессори-среды эта мотивация стала очевидна!

Конечно, мы активно расширяли пассивный словарь Тимы, используя муляжи, сопоставляя их с карточками. И так как выбор предметов шел от самого ребенка, процесс значительно ускорился. Сейчас Тима классифицирует и обобщает, ему подвластны такие обобщающие понятия, как: «игрушки», «посуда», «мебель», «одежда», «животные», «птицы».
Ранее я отмечала, что внимание Тимы привлекали шероховатые буквы. Так Тима выучил все буквы алфавита. Но настала пора приступать к звукобуквенному анализу. К сожалению, проблема понимания обращенной речи до сих пор не решена. Тима не понимает сложных речевых конструкций, на любой незнакомый вопрос отвечает эхолалией. О каком звукобуквенном анализе может идти речь? Как узнать у Тимы, какой звук он слышит?

Как-то Тима взял предметные карточки и потом пошел за коробкой с подвижным алфавитом, и я решила: «А ведь это можно совместить!». Мы брали с ним карточку, я несколько раз произносила слово-предмет, изображенный на этой карточке, а потом брала букву из подвижного алфавита, обозначающую первый звук в данном слове, и клала ее на карточку. Таким образом, Тима научился определять первый звук в слове и сопоставлять его с графическим символом. Постепенно Тима стал понимать свою задачу и начал группировать предметы по звукам, сортируя их в коробочки.
Постепенно мы с Тимой стали подписывать карточки с помощью подвижного алфавита. Для данной работы я приготовила отдельные карточки, слоговая структура слов в которых усложняется постепенно: сначала идут слова типа СГС (дом, кот, дым, сыр, сом и т.п.), затем слова типа СГСГ (мама, папа, лама, ноты и т.п.), далее СГССГ (банка, соска, ручка и т.п.).

Обязательным условием подбора материала для карточек было:

1. Предметы, изображенные на карточках, должны были быть хорошо знакомы ребенку, он должен был понимать их значение и предназначение;

2. В словах, подобранных для составления их из подвижного алфавита, не должно было быть мягких или непроизносимых согласных звуков;

3. В словах не должно было быть безударных гласных в корне.

Параллельно с этой работой мы приступили к интуитивному чтению.

Главным условием подбора речевого материала (помимо основных требований для «розовой» серии) было:

1. Постепенное усложнение слоговой структуры (по мере произносительных возможностей ребенка);

2. Отсутствие мягких согласных звуков в словах.

Так как перед данным этапом обучению чтению была проведена достаточно долгая работа над звукобуквенным анализом слов, процессом слияния букв Тима овладел достаточно быстро. Сейчас Тима самостоятельно прочитывает и правильно подкладывает предметы и картинки к простым словам, имеющим один слог, типа СГС.

Рассказывать о работе с Тимой можно достаточно долго, так он поражал и радовал меня, работая с любым материалом. Конечно, были и огорчения, часто многое было непонятно в его поведении: то застынет неподвижно, то вдруг проявится регресс в освоенных навыках, то вдруг утратит интерес к занятиям, которые его ранее привлекали. Были моменты, когда я думала, что Тима не сможет овладеть тем или иным материалом, но терпение, время и желание сделали и делают свое дело.

Сейчас Тимке 5 лет. За время нашей работы он стал более сосредоточенно выполнять то или иное задание. Он справляется с материалом «Веретена», где помимо счетных навыков, требуется достаточно высокая сосредоточенность и внимание. «Доски Сегена» помогают нам овладевать счетом до двадцати и далее. С помощью геометрического комода мы выучили основные геометрические фигуры (круг, квадрат, треугольник, прямоугольник, овал). Цветовые таблички помогли нам освоить цвета (сейчас Тима безошибочно сличает и называет такие цвета, как «красный», «синий», «желтый», «зеленый», «белый», «черный»). У него значительно улучшилась мелкая моторика. Тренируясь расстегивать и застегивать молнии на рамках, Тима стал самостоятельно расстегивать молнию на брюках, на куртке...
Но это главное! Благодаря такой Монтессори-терапии Тима стал открываться для внешнего мира и стал открывать этот мир для себя! Этой осенью Тиме ПМПК изменила заключение, признав его обучаемым. Сейчас помимо занятий в Монтессори-центре, Тима посещает центр детей-инвалидов, где он общается с другими детьми. А несколько дней назад его приняли в общеобразовательный детский сад в группу «Особый ребенок»!

... Подходит к концу наш первый год занятий по системе Марии Монтессори. А следующий год - новый этап в продвижении Тимы. Работы с ним станет не меньше, а значительно больше. А значит - новый материал, новые возможности!

Конечно же, Монтессори-терапия не может исцелять, но может приносить такой «чудодейственный» результат, какой мы смогли увидеть на примере удивительного мальчика Тимы...

Только надо обязательно давать детям шанс!